Аналитика

Почему затягивается судебный процесс по делу Шора?

В начале апреля в Апелляционной палате Кагула начнутся слушания по делу бизнесмена с сомнительной репутацией и по совместительству примара Оргеева Илана Шора, осужденного за многомиллиардные финансовые махинации.

Полгода после вынесения обвинительного приговора дело было заблокировано в суде первой инстанции. Еще несколько месяцев понадобилось, чтобы найти судей, которые дадут добро на участие в этом процессе. Эксперты считают, что ситуация вокруг затягивания резонансного дела выглядит по меньшей мере странно и дает повод для определенных подозрений.

Дело Шора проще, чем дела Филата и Платона

Илан Шор в июне 2017 г. был признан виновным в отмывании денег и обмане путем злоупотребления доверием. Прокуроры требовали 19 лет тюремного заключения, ссылаясь на причинение Banca de Economii многомиллиардного ущерба в результате деятельности «группы Шора». Буюканский суд приговорил его к семи с половиной годам лишения свободы в тюрьме полузакрытого типа. Вердикт не является окончательным, предстоит разбирательство в апелляционной инстанции. Приговор обжалован как прокуратурой, считающей наказание слишком мягким, так и адвокатами Шора, настаивающими на оправдании клиента.

В Апелляционную палату Кишинева дело попало после шести месяцев блокировки в суде первой инстанции – 15 января 2018 г. Официально озвученная причина – перевод обвинительного приговора на русский язык по требованию адвокатов Шора. Судьи и прокуроры утверждают, что ничего уникального в данной ситуации нет. «Внимание общества привлекла эта проблема, которая, по сути, является обычной для судебных инстанций. Если ознакомиться со статистическими данными по переводам других дел, то станет понятно, что дело Шора было переведено и передано в вышестоящий суд достаточно быстро»,- отмечает глава Антикоррупционной прокуратуры Виорел Морарь.

Однако эксперты обращают внимание на широкий общественный резонанс, который получило дело и его обстоятельства, считая, что в этом случае государственным органам следовало быть более оперативными. Председатель Центра юридических ресурсов Владислав Грибинча отмечает, что речь идет об уголовном деле, начатом еще в 2015 г., то есть до того, как были инициированы дела экс-премьера Владимира Филата или бизнесмена Вячеслава Платона. «Тем не менее по этим делам, начатым позже, уже вынесены окончательные приговоры. Дело Шора можно считать относительно простым, поскольку он признал свою вину, но оно затягивается по судебным инстанциям», — говорит Грибинча.

В Апелляционной палате Кишинева уже была назначена дата первого слушания – 16 февраля. Но провести хотя бы одно заседание по сей день не удалось. Судьи один за другим отказывались от рассмотрения уголовного дела, заявляя самоотвод. Таким образом сменилось три состава суда, после чего был поднят вопрос о передаче дела в другую судебную инстанцию.

Разрешение заявлений о передаче дел отнесено законом к компетенции Высшей судебной палаты (ВСП), вердикт которой обжалованию не подлежит. Статья 46 Гражданского процессуального кодекса позволяет ВСП передать уголовное дело из одной судебной инстанции, к компетенции которой оно относится, в другой суд того же уровня. Но только в том случае, если этим может быть достигнуто более объективное, быстрое и полное рассмотрение дела, а также для обеспечения нормального течения процесса. Инициировать эту процедуру может председатель суда или одна из сторон. Происходит это, как правило, в ситуациях, когда никто из судебной инстанции, в которой должно быть рассмотрено дело, не может это сделать.

Решение о передаче дела в Кагул ВСП вынесла 9 февраля по ходатайству главы Апелляционной палаты Кишинева Иона Плешки, который считает, что этот шаг необходим, чтобы обеспечить равноудаленность суда. Он сослался на то обстоятельство, что Лилия Балан, супруга Юлиана Балана, одного из адвокатов обвиняемого, возглавляет секретариат столичной инстанции и по должности обеспечивает организационную и административную поддержку суда. По мнению Плешки, если не перевести дело, могут возникнуть сомнения в беспристрастности судей.

Еще один довод связан с тем, что в коллегии по уголовным делам Апелляционной палаты Кишинева почти не осталось судей, которые могли бы рассматривать дело Шора. Коллегия сформирована из семи судейских составов, в каждый из которых входит по три служителя Фемиды. В общей сложности в коллегии по уголовным делам состоит 21 судья. Из них шестеро не могут судить Шора, поскольку осуществляли судебный контроль законности решений о применении к нему предварительных мер.

Еще шесть судей принимали участие в судебных процессах, в которых фигурировали Филат и Платон. Они тоже не имеют возможности судить примара Оргеева, поскольку эти дела взаимосвязаны, и Шор выступал в них главным свидетелем обвинения. Кроме того, трое судей ежедневно разбирают дела о применении и аннулировании мер пресечения, а четверо уже взяли самоотвод, отказавшись рассматривать дело Шора. Речь идет о Сильвии Врабий, Ксенофонте Ульяновски, Оксане Робу и Игоре Мынэскуртэ.

Недавно материалы дела были переданы из Кишинева в Кагул: на это отводится пять дней с момента вынесения решения ВСП. Начало слушаний по делу Шора, как отмечается на официальном сайте Апелляционной палаты Кагула, намечено на 2 апреля. Для рассмотрения уголовного дела сформирована судейская коллегия, в состав которой вошли Виталие Мовилэ (председательствующий судья), Евгений Двуреченский и Нина Велева. Все они опытные судьи, стаж работы которых в системе составляет от 10 до 14 лет.

За последние годы Апелляционная палата Кагула редко фигурировала в скандальных историях с политической подоплекой. Пожалуй, самым резонансным стало дело примара Тараклии Сергея Филипова, который обвинялся в несанкционированной вырубке 26 туй и был признан невиновным судом Тараклии. Апелляционная палата Кагула отменила этот вердикт и приговорила его к крупному штрафу, а также на два года отстранила от должности. По этому поводу прозвучало много критических высказываний, в том числе со стороны посла США в Молдове Джеймса Петтита, посла Болгарии в РМ Петра Вылова, а также бывшего главы делегации Евросоюза Пиркки Тапиолы. Последний назвал дело «политически мотивированным» и выразил в связи с этим свое разочарование. Впоследствии ВСП оправдала Сергея Филипова.

Основания для подозрений – есть

Некоторые эксперты считают весьма неоднозначными основания, по которым рассмотрение дела Шора было перенесено в Кагул. По их мнению, тем самым заинтересованные лица пытаются снизить уровень общественного интереса к слушаниям, к которым приковано внимание в стране и за рубежом. Для большинства СМИ гораздо сложнее попасть на судебные заседания в Кагуле, нежели в столице. В результате появляются дополнительные возможности для того, чтобы спустить дело на тормозах и уменьшить нажим со стороны общественности. Кроме того, теперь гражданскому обществу и политическим партиям, которые регулярно организовывали пикеты, требуя ареста и наказания Шора, будет сложнее организовать новые протестные акции.

По мнению Владислава Грибинчи, в ситуации с делом Шора у общественности есть определенные основания для подозрений. Он считает, что посредством таких действий подрываются все усилия по повышению доверия к правосудию, предпринятые в последнее время. Юрист напоминает, что в Апелляционной палате Кишинева работают почти 60 судей, из которых только 21 специализируется на уголовных делах.

«В Молдове распространена практика, при которой уголовные дела могут быть переданы судьям, рассматривающим другие категории дел. Руководство Апелляционной палаты Кишинева в этом отношении не дало никаких объяснений. Известно, что двое судей из коллегии по уголовным делам могли рассмотреть дело Шора и остается неясным, почему не был подобран еще один судья, например, из коллегии по гражданским делам, отвечающий критериям совместимости. Кроме того, мотивы, которыми руководствуется ВСП, практически не распространены в Европе. Нельзя рассматривать точно такой же вопрос, а аналогичное дело – можно. Иначе мы можем оказаться в ситуации, когда в апелляционных палатах не останется судей, способных рассматривать такие дела», — отмечает председатель Центра юридических ресурсов.

Политики ждут результатов расследования

В Демократической партии неоднократно отмечали, что ждут вердикта апелляционной инстанции, которая должна рассмотреть дело Шора. Председатель парламента Андриан Канду, комментируя недавнюю публикацию резюме второго доклада «Kroll», отметил: «Этот отчет ясно показал, что Илан Шор и компании, которыми он управлял, являются основными бенефициарами банковского мошенничества в Республике Молдова». По его словам, пришла очередь Апелляционной палаты высказаться об обвинении, выдвинутом Шору.

«Любой, кто прочитал отчет «Kroll», понимает, что Илан Шор и его компании являются основными действующими лицами и бенефициарами банковского мошенничества. Суд первой инстанции уже вынес в отношении Илана Шора обвинительный приговор. Теперь пришел черед Апелляционной палаты. После этого решение суда вступит в силу, и, конечно же, виновный будет привлечен к ответственности», — заявил Канду.

Президент РМ Игорь Додон в ходе одной из онлайн-конференций заявил, что и Шор, и другие, кто был вовлечен в кражу миллиарда, должны быть наказаны по всей строгости закона. При этом, по его словам, следует использовать все предусмотренные законом рычаги, вплоть до конфискации активов, движимого и недвижимого имущества, для возвращения в бюджет похищенных денег.

Председатель Партии коммунистов Владимир Воронин также не раз высказывался о необходимости скорейшего привлечения к ответственности виновных в краже денежных средств из Banca de Economii. На одной из пресс-конференций он приветствовал попытки выяснить правдивые подробности дела и выразил надежду на то, что дело будет расследовано до конца. «Все фигуранты дела, вне зависимости от должностей, которые они занимали либо занимают, должны быть привлечены к уголовной ответственности», — заявил Воронин. При этом от оценки конкретно роли Шора в краже миллиарда лидер ПКРМ всегда воздерживался.

 «Причина может быть гораздо глубже»

Министр юстиции Александр Тэнасе называет естественными самоотводы судей в условиях объективных обстоятельств, которые не позволяют им рассматривать дело Шора. Ссылаясь на свою нынешнюю должность, он не считает возможным комментировать дела, находящиеся в суде. Тем не менее, и у министра возникли вопросы, касающиеся сроков рассмотрения дела. «Судьям в этом деле действительно нужно проявить оперативность и довести до конца начатый процесс. Пока существует дело, представляющее широкий общественный интерес, пусть оно будет в приоритете», — заявил недавно Тэнасе.

После череды судейских самоотводов и скандала вокруг переноса уголовного дела в Кагул, в Молдове развернулись дискуссии о том, что судьи боятся участвовать в деликатных с политической точки зрения делах. Эксперты ставят под знак вопроса уровень независимости судебной системы и отмечают, что служители правосудия далеко не впервые отказываются рассматривать дела такого рода. Серией самоотводов сопровождался процесс по уголовным делам против Владимира Филата, Вячеслава Платона и в ряде других случаев, по которым высказывались мнения о наличии политической составляющей.

«Судьи осознали, что в определенный момент они могут оказаться частью политической игры, и им, возможно, придется испытать ее последствия. Я не думаю, что речь идет о простых самоотводах судей, причина может быть гораздо глубже. В ситуации с делом Шора необходимо выяснить, почему весь состав Апелляционной палаты Кишинева отказался от рассмотрения этого дела. В этом отношении есть множество вопросов», — считает пресс-секретарь Либерально-демократической партии Ион Тергуцэ.

Многие также отмечают, что ситуация вокруг дела Шора, по сути, представляет собой использование легитимных механизмов для продления срока его пребывания на свободе и, не исключено, последующего оправдания. Примар Оргеева был арестован 22 июня 2016 г., содержался в следственном изоляторе полтора месяца, а потом был переведен под домашний арест. Однако после вынесения обвинительного приговора суд первой инстанции распорядился освободить Шора из-под стражи, поскольку по закону арест не может длиться более года. По этой причине судьи не смогли продлить меру пресечения и поместили предпринимателя под судебный контроль до вынесения окончательного приговора. Иными словами, оказаться за решеткой Шор может только после вынесения вердикта Апелляционной палатой в том случае, если она поддержит обвинение.

 

 





Комментарии:



comments powered by HyperComments

Loading...
Наверх